ДЕТСКИЙ ФРОНТ

 

Из данных, содержащихся в различных советских источниках, можно с большей или меньшей долей вероятности прикинуть, сколько же детей воевало рука об руку со взрослыми против немцев в Белоруссии. «Прикинуть», потому что более или менее выверенных официальных цифр на этот счет нет. В выпущенном в 1984 году трехтомнике (каждый том почти по 600 страниц) «Всенародная борьба в Беларуси против немецко-фашистских захватчиков» приведены следующие данные, обобщенные к концу 1942 года по 114 партизанским отрядам, насчитывающим 10.877 человек. Самых молодых бойцов, до 17 лет включительно, было 5,4%. Нетрудный подсчет — и находим, что к концу первого, самого сложного периода войны в белорусских партизанах числилось около 600 мальчишек и девчонок.

 

Однако ясно, что к этим цифрам надо относиться критически. Есть целый ряд примеров, когда многие и многие юные партизаны по разным причинам в списках отрядов не значились, помогали по своей инициативе, нередко даже втайне от родителей. В вышедшей в 1994 году в Минске книге «Беларусь в годы Великой Отечественной войны» приводятся уже такие «уточненные» данные как бы за весь период партизанского движения в республике: ребят до 18 лет в отрядах числилось 8,87%. Зная абсолютное число народных мстителей — 370 тыс. человек, получаем почти 33 тыс. мальчиков и девочек, юношей и девушек — это, опять же, только «списочный состав». А ведь еще подполье (70 тыс. человек) и партизанский резерв (около 400 тыс.). Если и к этим цифрам применить ту же «процентовку» и все суммировать, то получается, что порядка 74.500 белорусских подростков, юношей и девушек с оружием в руках сражались против гитлеровских оккупантов. Целая армия гаврошей!

Удивительно, что цифру воюющих, сражающихся детей специально никто не подсчитывал: может быть, это и не представлялось возможным. Выше приводилось энциклопедическое число отроков, награжденных орденами и медалями в годы войны, — 35 тыс. ребят. А сколько их, воевавших, не было награждено?

 

С одной стороны, воевавшие наряду с отцами и дедами мальчишки и девчонки как бы должны гордиться: их приравнивали к взрослым, не отделяли от них, с другой же… Где же тут хотя бы элементарное уважение, о котором в свое время говорил первый секретарь белорусского ЦК Машеров?

 

В последующие годы подобными изысканиями тем более не занимались. И о вкладе белорусских «пионеров и школьников» в освобождение республики, скажем, во 2‑м упомянутом томе-фолианте написано всего одиннадцать строчек! Упомянуто лишь два имени — Марат Казей и Витя Синица. Плюс 14 строк о зверски замученной немцами юной подпольщице Зине Портновой. Им бы всем, коих десятки тысяч, главу надо было посвятить!

Маленькие герои Великой Победы

Юрий Жданко

Шустрый десятилетний мальчишка вызвался показать отступавшим бойцам брод через Северную Двину — и обратный путь был для него отрезан: в родной город Витебск вошли фашисты. Так Юра Жданко стал воспитанником моторазведывательной роты 332­й стрелковой Ивановской дивизии им. Фрунзе. Смышлёного и наблюдательного, его скоро стали посылать за линию фронта, где он, изображая попрошайку, собирал сведения о расположении и численности вражеских гарнизонов. 

Наде Богдановой было 10, когда она стала разведчицей в партизанском отряде «Дяди Вани» Дьячкова, действовавшем в районе Витебска. Боевые друзья долгие годы после войны считали ее погибшей. Даже памятник девочке поставили. А она выжила!.. Действительно, гитлеровцы казнили ее дважды. Маленькая, худенькая, она, прикидываясь нищенкой, бродила по фашистским тылам, все подмечая и запоминая, и приносила в отряд ценнейшие сведения. 

Надя Богданова 

22 июня 1941го Екатерине Деминой было 15 лет. Ленинградская школьница, успевшая окончить 9 классов и школу медсестер Российского общества Красного Креста, она по приглашению брата-летчика, который служил под Брестом, поехала к нему на каникулы. Известие о начале войны встретила под Смоленском. Решительно пошла в военкомат. «Сколько тебе лет, девочка?» — «Уже шестнадцать». — «Гуляй, дочка, не мешай работать!»

Катя Михайлова

Коля Гойшик

Партизанить 14 летний подросток стал по собственной инициативе, видя, как этим занимаются его отец и мать. До войны Гойшик-старший работал председателем Яблынковского сельсовета (Ивацевичский район Брестской области). Он передавал партизанам сведения о немецких эшелонах, о пополнении вражеских гарнизонов. Сын, как и многие его сверстники, начал «свою войну» с оккупантами со сбора оружия. Отец с матерью повздыхали, но потом организовали переправку этих находок в лес.